ось бесконечно, слезы текли по лицу отцу Джеруши. Он то сжимал руку дочери, то укачивал ее в объятиях и говорил о безграничности своей любви, то, позабыв о том, что всю жизнь уповал лишь на разум, опускался на колени и молил Господа совершить чудо. Слова молитвы впервые сорвались с его языка с тех самых пор, как он, маленьким мальчиком, молился над гробом матери и думал про себя: "Господи, если ты не воскресишь ее, я не буду больше в тебя верить". Разумеется, мать его не восстала из гроба, и мальчик утратил веру.
   Но теперь разум уже не казался ему столь всесильным, и он просил Бога совершить чудо, вкладывая в слова молитвы больше страсти, чем сам Папа Римский.
   А на берегу реки слуги тоже плакали и молились о выздоровлении Джеруши.
   Мальчик, который чистил камины, первым заметил в реке диковинного человека. Он громко закричал, призывая, остальных.
   Подбежав на крик мальчика, дворецкий и прочие слуги увидели мужчину, стоявшего по пояс в воде. Кучи утреннего солнца отражались от его сверкающего тела и превращались в искрящиеся разноцветные блики. Люди, столпившиеся на берегу, не знали, восторг или ужас пробуждает в их душах это зрелище. Все они словно приросли к земле и молча наблюдали, как странное создание выходит из реки. Некоторые женщины потупили взоры, дабы не видеть его наготы, но в большинстве своем они не сводили с незнакомца глаз, затуманенных слезами.
   - Я слышал, здесь молятся о выздоровлении Джеруши, - изрек речной человек. - Она больна?
   - Она при смерти, - ответил мальчик.
   - Ты отведешь меня к ней? - обратился к ребенку незнакомец.
   Мальчик бесстрашно протянул неведомому существу руку, и они двинулись по тропинке между деревьями.
   - И никто не попытался их остановить? - спросила Рэйчел.
   - Дворецкий подумывал сделать это. Но суеверия были ему чужды. Он разделял убеждение своего господина в том, что в этом мире все подлежит разумному объяснению