задумавшись, Гаррисон добавил: - Вот такой он предусмотрительный человек.
   - Тогда откуда ты знаешь об этих бумагах?
   - Мне рассказала Китти. Только благодаря ей я узнал о Барбароссах. Кроме нее, на эту тему со мной никто не говорил. Она видела дневник собственными глазами.
   - Значит, ей старик все-таки доверял.
   - Выходит, что да. Но только в самом начале. Думаю, мы все поначалу доверяли своим женам...
   - Постой, - перебил его Митчелл. - Мне пришла одна мысль.
   - Марджи.
   - Да.
   - Об этом я уже давно думаю, брат мой.
   - Кадму она нравилась.
   - Полагаешь, он мог отдать дневник ей? Допустим, что так. Мне это уже приходило в голову, - он откинулся на спинку стула, и его лицо скрылось в тени. - Но даже если дневник был у нее, она никогда мне об этом не говорила. Даже под дулом пистолета.
   - Ты обыскал свою квартиру?
   - Ее прочесала полиция. Перевернула все вверх дном.
   - Может, они нашли дневник?
   - Да, может... - неуверенно сказал Гаррисон. - Когда меня упрятали за решетку, Сесил пытался выяснить, что они изъяли с места преступления. Вряд ли их могло заинтересовать нечто в этом роде. Во всяком случае, мне слабо верится в то, что дневник у них. Какой им от него прок?
   - Меня от всего этого уже тошнит, - тяжело вздохнув, сказал Митчелл.
   - От чего именно?
   - От всей той ахинеи, связанной с Барбароссами. Одного не могу понять: почему мы не можем их просто послать к черту? Забыть о них, и все же, если они и впрямь являются для нас костью в горле, тогда почему старик не разобрался с ними раньше? Когда еще был в добром здравии и полон сил?
   - Не смог, - сделав очередной глоток виски, ответил Гаррисон. - Они слишком сильны.
   - Раз они так сильны, почему тогда я никогда ничего о них не слышал?
   - Потому что они не хотят, чтобы о них кто-нибудь знал. Они живут инкогнито. Их жизнь - тайна.
   - Стало быть, им есть что