ышка дежа вю: это когда-то уже было с ней и воспоминания об этом сохранились у нее в душе - однажды она бежала вверх по лестнице, перепрыгивая через две, а то и три ступеньки, слышала этот крик и завывания ветра.
   Добравшись до лестничной площадки второго этажа, она взглянула через плечо. Цепляясь за балясины, Лоретта спешила за ней, а Джоселин была еще внизу лестницы и спрашивала, кто кричал.
   - Кадм, дура чертова! - заорала на нее Лоретта. - Кажется, я просила тебя за ним приглядеть!
   - Я была у него, - ответила Джоселин. - Он попросил бренди. И велел прислать к нему Рэйчел.
   - Сейчас же отойди от двери! - крикнула Лоретта, обращаясь уже к Рэйчел.
   - Почему? - запротестовала та.
   - Это не твое дело! Спускайся вниз, слышишь?
   Дверь сильно дрожала, и, хотя Рэйчел замерла, все ее существо противилось приказанию Лоретты. Может, после всего, что +случилось, ее это и правда больше не касалось - это безумие Гири и несчастье Гири, но она не могла не обращать внимания на полные ужаса крики, что раздавались в спальне. Кто-то мучил немощного старика, и этому следовало положить конец. Она взялась за ручку, которая дрожала у нее в ладони, и попыталась открыть дверь, но какая-то сила препятствовала ей с другой стороны, Рэйчел пришлось налечь на дверь всем телом, чтобы открыть ее. Наконец дверь распахнулась, и Рэйчел не просто переступила порог, но буквально влетела в самую гущу ожидавшей ее по другую сторону трагедии.
  
  Глава VIII
  
   В комнате Кадма царил хаос: простыни, одеяла, подушки с большой кровати, которая оказалась пуста, были сброшены на пол, все лампы, за исключением валявшегося у кровати и время от времени нервно подмигивающего ночника, оказались разбиты, шкафчик с ящиками, а также стулья и туалетный столик перевернуты, все аптекарские аксессуары - бутылочки с пилюлями и микстурами, мерные ложки, рвотная чаша и кислородная машина - раскиданы, раздавлены, расплющены до