Казалось, Лоретта никогда не испытывала сомнений и колебаний при выборе средств для достижения цели, но теперь уверенность вдруг покинула ее. Хотя она давно знала, что дни Кадма сочтены, и давно поверила в нечеловеческое происхождение Барбароссов, воочию увидеть подтверждение этим фактам оказалось выше ее сил.
   Теперь, когда сломленная Лоретта перестала быть ей последней опорой, Рэйчел ощутила себя в полном одиночестве.
   Вместе с переменами, внезапно постигшими Лоретту, шум в доме постепенно начал стихать, пока не исчез совсем. Что это значит? Неужели Цезария разрядила весь свой пыл и собралась уходить? Или просто решила перевести дыхание перед очередным натиском?
   - Обо мне не 6еспокойтесь, - сказала Рэйчел Лоретте. - Я знаю, что делаю.
   И она направилась вниз по лестнице в сторону коридора, ведущего в гостиную Кадма.
  
  Глава IX
  
  1
  
   Зрелище, которое ожидало Рэйчел в гостиной Кадма, было воистину впечатляющим. Святая святых ныне почившего хозяина являла собой столь же неприглядную картину, что спальня и холл: все, что можно было разрушить, было разрушено, за исключением двух предметов - большого кожаного кресла, на котором посреди моря осколков и обломков восседала Цезария, и пейзажа кисти Бьерстадта, на который она завороженно смотрела. Хотя со стороны казалось, будто она всецело поглощена созерцанием художественного полотна, появление в комнате Рэйчел не осталось ею незамеченным.
   - Я была на западе. Много, много лет назад, - не поворачивая головы, произнесла Цезария.
   - Да?
   - Я хотела найти место, чтобы обосноваться. Построить дом.
   - И вы его нашли?
   - Нет. Там оказалось слишком убого.
   - А где именно вы были?
   - Я объездила всю Калифорнию. Она мне понравилась. Но мне не удалось убедить Джефферсона присоединиться ко мне.
   - А кто такой Джефферсон?
   - Мой архитектор. Уж поверь мне, архитектор он был гораздо лучший, чем президент.