Конфедерации на клапане.
   - Ну да, - признался он, - Я хранил их вместе с саблей. Я положил туда твой пистолет, немного денег, свежую сорочку и флягу бренди.
   - А здесь что? - поинтересовался я, указывая на больший по размерам рюкзак.
   - Еще кое-какая одежда. Пара ботинок, ну и сам знаешь что.
   - Ты принес мою книгу, - улыбнулся я.
   - Ну, конечно. Ведь знаю, сколько любви ты вложил в этот проклятый труд. Я завернул ее в старый выпуск "Звезд и решеток".
   - Спасибо тебе, - поблагодарил его я, забирая второй рюкзак, который тоже был довольно увесистым, и вскоре мои плечи заставили меня пожалеть о своем многословии. Однако, заполучив рукопись, я обрадовался, как ребенок, которому вернули любимую игрушку.
   - Ради моей книги тебе пришлось зайти в дом, - констатировал я. - Зная, как ты терпеть не можешь этого...
   - Так было раньше, - оборвал меня он, отведя взгляд в сторону. - Но теперь там все по-другому. Звери гадят прямо на пол. Повсюду какие-то дамочки, - его лицо озарила шутливая улыбка. - Я уж думаю, может, мне тоже вернуться пожить в доме? Кое-кто из них, прямо скажем, что надо!
   - Они лесбиянки, - предупредил я.
   - Мне на это наплевать, - ответил он. - Они мне просто нравятся.
   - Откуда ты узнал, где меня искать?
   - Я слышал, как ты проходил мимо коптильни, разговаривая сам с собой.
   - И о чем я говорил?
   - Мне не удалось ничего разобрать. Когда я вышел из дома, ты просто шел вперед, как сомнамбула, и нес какой-то бред. Я сделал вывод, что тут не обошлось без ее участия. Без этой старой Повелительницы Любви.
   - Ты имеешь в виду Цезарию?
   Он кивнул.
   - Помнится, так любил ее величать наш отец. Старая Повелительница Любви, вся изо льда и жимолости. Неужто ты никогда не слышал, чтобы он ее так называл?
   - Нет, никогда.
   - Хм. Ну, словом, я сделал вывод, что она решила от тебя избавиться. И подумал, что неплохо было