. Единственным человеком, от которого он не утаил бы ничего, был его покойный отец. Конечно, старый Зелим сумел бы его понять, он подсказал бы сыну нужные слова, а если слов этих оказалось бы недостаточно, кивнул бы головой и произнес: "То же самое случилось со мной в Самарканде". Так он обычно отвечал на все рассказы о диковинных и невероятных событиях. "То же самое случилось со мной в Самарканде..."
  
  ***
  
   Возможно, жители деревни догадались, что Зелим что-то скрывает от них, ибо он заметил несомненную перемену в отношении к себе односельчан. Люди, которые всегда были с ним добры и приветливы, теперь отвечали на его улыбку растерянными взглядами, а то и вовсе отворачивались, делая вид, что не заметили юношу. Другие, в особенности женщины, выражали свою неприязнь еще более откровенно. Нередко он слышал, как односельчане упоминают его имя в разговорах, а за этим непременно следует смачный плевок, словно даже звуки его имени имеют мерзкий вкус.
   Наконец старый Кекмет открыл ему, какие слухи ходят о нем в деревне.
   - Люди говорят, ты наводишь на нас порчу, - сообщил он.
   Это предположение показалось Зелиму настолько несуразным, что он не удержался от смеха. Но Кекмет и не думал шутить.
   - Этот слух пустил Бару. После того как ты расквасил его жирную рожу, он тебя ненавидит. И теперь мстит.
   - Но какой слух? Что он выдумал?
   - Он сказал, что ты обменялся тайными знаками с демонами...
   - С какими такими демонами?
   - Бару утверждает, что те люди на берегу были демонами. Будь это иначе, они не вышли бы живыми из леса. Значит, они не похожи на нас. Они живут в лесу, вместе со всякой нечистью. Вот что он говорит.
   - И все верят этой болтовне?
   На этот вопрос Кекмет ответил молчанием.
   - Ты что, тоже веришь?
   Кекмет отвернул голову и уставился на поблескивающую кромку воды.
   - За свою жизнь я повидал немало странного, - произнес он, и голос его