притащить эту тварь на берег.
   - Я тут ни при чем, - пытался оправдаться юноша. - Она просто попала в мою сеть.
   - Но почему она попала именно в твою сеть? - пропищал Бару, проталкиваясь между наиболее храбрыми односельчанами, оставшимися на берегу. - Я скажу тебе, почему! - изрек он, указывая пухлым пальцем на Зелима. - Она хочет быть с тобой.
   - Рыба хочет быть со мной? - переспросил Зелим. Слова Бару показались ему такими нелепыми, что он рассмеялся, но смеялся он один. Остальные же не сводили глаз с обвинителя и с жуткой улики - рыба все еще трепыхалась, хотя все прочие ее товарки по несчастью давно затихли.
   - Это всего лишь рыба, - вновь воззвал Зелим к разуму односельчан.
   - Клянусь, никогда прежде я не видел подобной рыбы, - заявил Бару. Он обвел взглядом толпу, охваченную предвкушением скандала. - Где Кекмет?
   - Я здесь, - раздался голос старого рыбака. Он стоял за спинами односельчан, и Бару сделал ему знак подойти. Кекмет неохотно приблизился к сети. Он прекрасно понимал, что замышляет хитрый толстяк.
   - Как давно ты рыбачишь здесь? - громогласно осведомился Бару.
   - Почти всю свою жизнь, - ответил Кекмет. - Но я знаю, о чем ты спросишь сейчас. И отвечаю сразу - мне ни разу не попадалась рыба вроде этой. - Старик взглянул на Зелима. - Однако, Бару, это вовсе не значит, что это рыба-демон. Это значит лишь... что это редкая рыба, вот и все.
   Лицо Бару исказила коварная ухмылка.
   - Значит, это всего лишь редкая рыба. Так, может, ты согласен съесть ее?
   - А что еще делать с рыбой? - попытался вмешаться Зелим. - Неужели отпустить?
   - Бару не с тобой разговаривает, - оборвала его одна из женщин. Она была известна характером не менее вздорным, чем у Бару, хотя ее узкое бледное лицо было полной противоположностью его красной роже. - Отвечай, Кекмет! Отвечай! Скажи нам, решился бы ты засунуть себе в брюхо хоть кусочек этой твари.
   И женщина