ша дал волю слезам, он плакал навзрыд, но не из-за страданий, которые он пережил, а тронутый добротой этого незнакомого человека.
   Успокоившись, Зелим утолил голод и жажду. Может быть, благодаря вину к Зелиму вернулись силы, и, кое-как прикрыв наготу лохмотьями одежды, он покинул прохладную нишу меж скал и двинулся по тропе. Тело его все еще терзала боль, но кровотечение остановилось, и даже ночью он не стал ложиться, а продолжал свой путь в свете луны и звезд. В какой-то момент за ним увязалась тощая бродячая собака; юноше нечего было дать ей, но она, как видно, нуждалась в человеческом обществе и упорно брела за ним вслед. Зелим не гнал ее, так как тоже нуждался в обществе. Через некоторое время собака настолько осмелела, что приблизилась к Зелиму вплотную, и, обнаружив, что новый хозяин не собирается дать ей пинка, затрусила рядом, словно они с Зелимом были неразлучными друзьями.
  
  ***
  
   Как ни странно, встреча с голодной псиной повлекла за собой неожиданный поворот в судьбе Зелима. Через несколько часов он оказался в деревне, по размерам многократно превосходившей Атву. В центре Зелим увидел толпу и решил, что в деревне праздник. На улицах было полно людей, они кричали, распевали песни, приплясывали и, судя по всему, пребывали в превосходном настроении.
   - Сегодня что, церковный праздник? - спросил Зелим у юноши, который потягивал вино, устроившись на пороге своего дома.
   Но тот рассмеялся ему в ответ.
   - Нет, сегодня не церковный праздник.
   - Тогда чему все так радуются?
   - Сегодня несколько ублюдков будут повешены, - сообщил юноша с ленивой ухмылкой.
   - А... понятно, - пробормотал Зелим.
   - Хочешь посмотреть?
   - Да нет. Не особенно.
   Юноша оглядел Зелима.
   - Похоже, тебе нужно поесть - заметил он. - И не только поесть. Тебе явно нужны штаны и еще много чего. Что с тобой случилось?
   - Я не хочу об этом вспоминать.
   - Вижу, ты попал