о разве его жизнь здесь имеет хоть какой-то смысл? В Атве человеческое существование подчинено вечным законам природного круговорота. Человек рождается, он растет, набирается сил и выходит в море, чтобы ловить рыбу, потом стареет, вновь становится слабым, как дитя, и умирает, твердо зная, что его место в мире займут новые рыбаки. Но жизнь Зелима лишена подобной определенности. Он бредет по своему пути наугад, подчиняясь лишь игре случая, находит страдания там, где надеялся обрести утешение, и наслаждение там, где ждал встретить печаль. Он видел дьявола в человеческом обличье, и в этом же обличье представало перед ним божество. Нет, жизнь его вовсе не так бедна событиями, как он ожидал.
   "Я должен рассказать обо всем, что знаю, - решил Зелим. - Именно поэтому я и послан в этот мир: рассказать людям обо всем, что я видел и пережил, и тогда моя боль никогда не повторится. Тогда люди, идущие вслед за мной, будут подобны моим собственным детям, ибо я наделю их своими силой и опытом".
   Он поднялся, подошел к спящей Пассак и склонился на колени перед ее узкой постелью. Зелим коснулся губами щеки своей спящей возлюбленной. Пассак открыла глаза. Впрочем, она давно уже лежала без сна.
   - Если ты уйдешь, я буду грустить, - сказала она. И добавила после минутного молчания: - Но я всегда знала, что ты когда-нибудь уйдешь. И удивлялась, что ты остаешься со мной так долго.
   - Но как ты догадалась?
   - Ты разговаривал вслух. Разве ты не замечал? Ты все время разговаривал вслух. - Одна-единственная слезинка сорвалась с ресниц Пассак, но в голосе ее не было печали. - Ты необычный человек, Зелим. Думаю, ты сам не подозреваешь, насколько ты необычен. И ты знаешь многое... о чем стоит поведать людям. Может, это родилось в твоей голове, может, ты видел это...
   В словах ее не прозвучало и тени упрека, и это так тронуло Зелима, что он не мог сдержать слез.
   - Я была счастлива с тобой все эти годы,