ашей Господней земле. И когда я был вдали от нее, очарование не спадало, потому что она, кажется, изменила мой мир.
   Потом она меня оставила.
   Я знаю почему: она нашла кого-то, кто мог учить ее, как пользоваться силой. Но понимание причин не сделало это более легким. Я сломался: потерял работу, потерял свою личность и тех немногих друзей, которые у меня еще остались в мире. Я едва замечал это - что это были за потери в сравнении с тем, что я потерял Жаклин...
  
  ***
  
   - Жаклин.
   Боже мой, - подумала она, - и это в самом деле самый влиятельный человек в стране? Он выглядит так неброско, так безобидно. У него даже нет мужественного подбородка.
   Но сила у Титуса Петтифира была.
   Он владел большим числом монополий, чем смог бы сосчитать, его слово в мире финансов могло рушить компании, как карточные домики, погребая надежды сотен и карьеры тысяч. Состояния за одну ночь возникали в его тени, целые корпорации падали, стоило лишь ему на них дунуть - они были капризами его воли. Уж этот человек знает, что такое сила, если хоть кто-то это знает. У него и нужно учиться.
   - Не возражаете, если я буду звать вас "Джи", нет?
   - Нет.
   - Вы ждали долго?
   - Достаточно долго.
   - Обычно я не заставляю красивых женщин долго ждать.
   - Да нет же, заставляете.
   Она уже знала, что он такое, двух минут в его присутствии хватило, чтобы найти к нему подход: он быстрее заинтересуется ею, если она будет вести себя с ним как можно более дерзко.
   - И вы всегда зовете женщин, которых вы не встречали до этого, по их инициалам?
   - Вы же не намекаете на какие-то чувства, как вы полагаете?
   - А уже это зависит...
   - От чего?
   - Что я получу в обмен на то, что предоставлю вам определенные привилегии.
   - Например, привилегию звать вас по имени?
   - Да.
   - Ну... я польщен. Разве что, может, вы слишком широко пользуетесь