ец. Он провернул кучу дел, чтобы нам с тобой было легче. Тогда он о тебе ничего не знал. Это случилось, когда он увидел одну из тех фотографий, что я взял у тебя. Я дал их ему, чтобы он разорвал их на мелкие кусочки.
   - Почему?
   - Я не должен был брать их, это было ошибкой. Виржиния могла бы... - он помолчал, потом продолжил: - Так или иначе, он узнал тебя, хоть и не мог вспомнить, где видел тебя до этого.
   - Но в конце концов вспомнил.
   - Он работал в одной из моих газет, в колонке светской хроники. Именно оттуда он пришел, когда стал моим личным помощником. И он вспомнил твою предыдущую реинкарнацию - ты была Жаклин Эсс, жена Бенджамина Эсса, ныне покойного.
   - Покойного.
   - И он принес мне еще кое-какие фотографии, не такие красивые, как твои.
   - Фотографии чего?
   - Твоего дома. Тела твоего мужа. Они называют это телом, хотя. Бог свидетель, там осталось мало человеческого.
   - Его и для начала там было немного, - просто сказала она, думая о холодных глазах Бена, его холодных руках. - На одно лишь он и был годен - заткнуться и кануть в безвестности.
   - Что случилось?
   - С Беном? Он был убит.
   - Как?
   Дрогнул ли хоть чуть-чуть его голос?
   - Очень просто.
   Она поднялась с кровати и стояла около окна. Мощный солнечный летний свет прорвался сквозь жалюзи и, прорезав тень, очертил контуры ее лица.
   - Это ты сделала.
   - Да. - Он учил ее говорить просто. - Да. Это я сделала.
   Еще он учил ее, как экономно расходовать угрозы.
   - Оставь меня, и я вновь сделаю то же самое.
   Он покачал головой.
   - Ты не осмелишься.
   Теперь он стоял перед ней.
   - Мы должны понимать друг друга, Джи. Я обладаю властью, и я чист. Понимаешь? В общественном мнении меня ни разу не коснулась даже тень скандала. Я могу позволить себе завести любовницу, даже дюжину любовниц - и никто не сочтет это вызывающим.