- Джедедия, - сказала она, - ты выбран помощником шерифа. Что ты думаешь обо всем этом?
   Юноша с шерифским значком и со жвачкой слегка покраснел и пощипал свои усики. Он явно не знал, что делать.
   - Я ясно вижу, какая получается картина, - женщина отвернулась от него прежде, чем он придумал, что ответить. - Ясно как день. Вы все слишком наложили в штаны, чтобы выкурить их из своих нор, верно?
   По комнате вновь прокатился виноватый шепот, многие вновь затрясли головой.
   - Вы просто собираетесь сидеть тут, и пусть всех женщин пожрут.
   Хорошее слово: пожрут. Производит гораздо большее впечатление, чем просто: съедят. Элеонора остановилась для пущего эффекта. Потом мрачно сказала:
   - Или что похуже.
   Хуже, чем пожрут? Бедняги, что может быть хуже?
   - Да мы не дадим этим дьяволам прикоснуться к вам, - сказал Паккард, вставая со своего места с некоторым затруднением. Обращаясь к присутствующим, он слегка покачнулся.
   - Мы поймаем этих дерьмоедов и линчуем их.
   Этот призыв на битву не слишком воодушевил мужскую половину присутствующих: после своего приключения на Главной улице шериф явно терял доверие избирателей.
   - Осторожность - лучшая доблесть, - прошептал Дэвидсон себе под нос.
   - Сколько вокруг лошадиного дерьма, - сказала Элеонора. Дэвидсон пожал плечами и прикончил виски. Никто вновь не наполнил его стакан. Он вспомнил, что ему нужно благодарить небо за то, что он остался в живых. Но все его рабочее расписание полетело к черту. Ему нужно добраться до телефона и нанять автомобиль, если необходимо, заплатить кому-нибудь, чтобы его подбросили. Эти "дьяволы", кем бы они ни были, не его ума дело. Может, он с интересом прочитал бы о них колонку-другую в "Ньюсуик", когда вновь будет на востоке и расслабится с Барбарой, но теперь все, чего он хотел, это покончить со своими делами в Аризоне и вернуться домой как можно скорее.