У Паккарда, однако, были свои идеи.
   - Ты - свидетель, - сказал он, указывая на Дэвидсона. - И как шериф этой общины я приказываю тебе остаться в Велкаме, пока я не буду удовлетворен твоими ответами на допросе, который я собираюсь тебе учинить.
   Странно было слышать официальную речь из этого слюнявого рта.
   - У меня дела... - начал было Дэвидсон.
   - Так пошли им телеграмму и отложи все дела, мистер занятой Дэвидсон.
   Парень подпортит ему репутацию, подумал Дэвидсон, мало ли что подумают на востоке, но все же Паккард представлял закон, и с этим ничего нельзя было поделать. Он кивнул, вложив в этот жест как можно больше покорности. Позже, когда он будет дома в тепле и безопасности, он сможет возбудить формальный процесс против этого местечкового Муссолини. А сейчас лучше послать телеграмму и пусть его деловая поездка рушится дальше.
   - Так каков ваш план? - требовательно спросила Элеонора у Паккарда.
   Шериф надул свои красные от виски щеки.
   - Мы разделаемся с дьяволами, - сказал он. - Ружья, женщина.
   - Вам понадобится нечто большее, чем ружья, если они такие, как он говорит.
   - Именно такие, - сказал Дэвидсон. - Поверьте, такие.
   Паккард фыркнул.
   - Возьмем весь наш гребаный персонал, - сказал он, нацелив свой уцелевший палец в Джедедия. - Вытащи все наше тяжелое вооружение, парень. Противотанковое. Базуки.
   Общее удивление.
   - У вас есть базуки? - спросил Лу, каминный скептик.
   Паккард выдавил снисходительную улыбку.
   - Военный арсенал, - сказал он. - Остался после мировой войны.
   Дэвидсон безнадежно вздохнул. Этот человек - псих с его маленьким устаревшим арсеналом, который, возможно, более опасен для стрелков, чем для потенциальных жертв. Они все умрут. Господи, помоги им, они же все умрут!
   - Может, ты и потерял пальцы, - сказала Элеонора Кукер, потрясенная этой демонстрацией храбрости,