лучше идти с нами. - Паккард кивнул кому-то сзади. - Устроим этим ублюдкам взбучку, а?
   Юджин обернулся туда, где стояла Люси.
   - И я хочу, чтобы ее допросили... - начал он.
   Но Люси ушла, она бежала через пустыню и уже сделалась размером с куклу.
   - Она сошла с дороги, - сказала Элеонора. - Она же убьет себя.
   - Это было бы для нее слишком хорошо, - сказал Юджин, залезая в машину. - Эта женщина заключила сделку с самим Дьяволом.
   - Это как, Юджин?
   - Продала аду моего единственного сына, эта женщина.
   Люси растворилась в жаркой дымке.
   - Аду...
   - Да оставь ты ее, - сказал Паккард. - Ад заберет ее себе, раньше или позже...
  
  ***
  
   Люси знала, что они не дадут себе труда преследовать ее. С того момента, как она увидела огни машин в облаке пыли, ружья и каски, она поняла, что для нее в предстоящих событиях осталось мало места. В лучшем случае она будет зрителем. В худшем, она умрет от теплового удара, пересекая пустыню, и никогда не узнает, чем закончится грядущая битва. Она часто гадала о происхождении существ, которые были совокупным отцом Аарона, где они жили, почему они в мудрости своей были избраны, чтобы заняться с ней любовью. Она также гадала, знал ли о них кто-нибудь в Велкаме. Какие человеческие глаза, помимо ее собственных, разглядывали сияние их тайной анатомии за все это время. И, конечно, она гадала, настанет когда-либо время встречи, столкновение между двумя расами? Вот оно, похоже, и настало без предупреждения, и если оценивать размеры этого события, ее собственная жизнь перед его лицом ничего не значила.
   Как только машины и мотоциклы исчезли из виду, она пошла назад по своим собственным, оставленным в песке следам и вернулась на дорогу. Ей никогда не вернуть Аарона, это она понимала. В некотором смысле она была лишь опекуном ребенка, хотя именно она его родила. Он странным образом принадлежал тем созданиям,