то правда, Луис. Я не могла рассказать этого в телеграмме, понимаешь? Я должна сказать это сама. Убийство. Он обвиняется в убийстве.
   - Кого?
   - Девушки, разумеется. Одной из своих симпатий.
   - Все еще держится, а?
   - Помнишь, он обычно шутил, что умрет на женщине?
   Луис слегка кивнул.
   - Ей было девятнадцать. Натали Перес. Довольно воспитанная девочка. И милая. Длинные рыжие волосы. Помнишь, как Филипп любил рыжих?
   - Девятнадцать? Он крутит с девятнадцатилетками?
   Она не ответила. Луис сел, зная, что его ходьба по комнате раздражает ее. В профиль она все еще была прекрасна, а желто-голубой свет, лившийся из окна, смягчал линии ее лица, магически вызывая то, что было пятьдесят лет назад.
   - Где он?
   - Его заперли. Они говорят, он опасен. Говорят, он может еще раз убить.
   Луис покачал головой. Виски его болели, эта боль пройдет, стоит лишь ему закрыть глаза.
   - Ему нужно повидаться с тобой. Очень.
   Но может, его желание заснуть - это всего-навсего попытка побега? Тут происходило что-то, в чем даже ему придется быть участником, а не зрителем.
  
  ***
  
   Филипп Лаборто уставился на Луиса через голый, поцарапанный стол, лицо у Филиппа было растерянным и усталым. Они лишь пожали друг другу руки - все остальные физические контакты были строго запрещены.
   - Я в отчаянии, - сказал он. - Она мертва. Моя Натали мертва.
   - Расскажи мне, что произошло.
   - У меня есть маленькая квартирка на Монмартре. На улице Мортир. На самом деле, это просто комната, чтобы принимать знакомых. Катерина держит наш одиннадцатый номер в таком порядке, что мужчине там просто некуда себя девать. Обычно Натали проводила там со мной много времени, все в доме ее знают. Она была такая жизнерадостная, такая красивая. Она занималась, чтобы поступить в медицинскую школу. Умница. И она любила меня.
   Филипп был все еще красив. Фактически,