ла в квартирку Филиппа.
   - Я тоже. Она заперта.
   - У меня ключ, запасной ключ Филиппа. Я просто хотела собрать для него сменную одежду.
   Луис кивнул.
   - И что?
   - Там был кто-то еще.
   - Полиция?
   - Нет.
   - Кто же?
   - Я не могла разглядеть. Не знаю точно. Он был одет в просторное пальто, на лицо повязан шарф. Шляпа. Перчатки...
   Она помолчала.
   - ...В руке у него была бритва, Луис.
   - Бритва?
   - Опасная бритва. Как у парикмахера.
   Что-то проплыло в глубине сознания Луиса. Опасная бритва, человек, одетый так, чтобы его никто не мог узнать.
   - Я испугалась.
   - Он сделал тебе больно?
   Она покачала головой.
   - Я закричала, и он убежал.
   - Он тебе что-нибудь сказал?
   - Нет.
   - Может, это друг Филиппа?
   - Я знаю друзей Филиппа.
   - Может, друг девушки? Или брат?
   - Может быть. Но...
   - Что?
   - В нем было что-то странное. Он был надушен, прямо-таки вонял духами, и он ходил такими семенящими шажками при том, что был таким огромным.
   Луис обнял ее.
   - Кто бы он ни был, ты напугала его. Ты не должна туда больше ходить. Если нам нужно собрать для Филиппа одежду, я с радостью пойду туда сам.
   - Спасибо. Я чувствую себя дурой: может, он просто случайно туда вошел. Просто поглядеть на комнату, где произошло убийство. Люди делают так, верно ведь? Из какого-то ужасного любопытства...
   - Я завтра поговорю с Хорьком.
   - Хорьком?
   - Инспектором Маре. Пусть обыщет помещение.
   - Ты видел Филиппа?
   - Да.
   - Как он? Ничего?
   Несколько мгновений Луис не отвечал.
   - Он хочет умереть, Катерина. Он уже сдался, не дожидаясь суда.
   - Но он же ничего не сделал.
   - Мы не можем это доказать.
   - Ты всегда так гордился своим предком. Ты был в восторге от Дюпена. Докажи это.
   - И с чего начать?
   - Поговори с кем-то