оплакивали свою утрату, не только Филиппа, но также и собственного прошлого. Теперь Луис понимал нежелание жить, когда в этом мире уже все было утрачено.
   Позвонил Солель. Задыхаясь после своей охоты, но возбужденный, он зашептал Филиппу, явно получая наслаждение от острых ощущений.
   - Я на северном вокзале, и я выяснил, где живет наш приятель. Я нашел его, Луис.
   - Отлично. Я немедленно выезжаю. Я встречусь с тобой у входа на вокзал. Я возьму машину - это займет минут десять.
   - Он в подвале номер шестнадцать, улица Флер. Я встречу тебя там.
   - Не делай этого, Жак. Подожди меня. Не...
   Телефон звякнул, и Солель исчез. Луис потянулся за своим пальто.
   - Кто это был?
   Она спросила, но знать она не хотела. Луис пожал плечами, натягивая пальто и сказал:
   - Да никто. Не волнуйся, я скоро буду.
   - Одень шарф, - сказала она не оборачиваясь.
   - Да. Спасибо.
   - Ты простудишься.
   Он оставил ее смотреть на одетую во тьму Сену, на льдины, пляшущие в черной воде.
  
  ***
  
   Когда он прибыл к дому на улице Флер, Солеля нигде не было видно, но свежие отпечатки следов в только что выпавшем снегу вели к передней двери и, возвратившись, обходили вокруг дома. Луис пошел по его следам. Как только он ступил во двор за домом, через заржавевшую калитку, которая была чуть не взломана Солелем, он понял, что пришел безоружным. Может, лучше вернуться, найти кочергу, нож, хоть что-то? Пока он так препирался сам с собой, задняя дверь отворилась и появился незнакомец, одетый все в то же пальто. Луис прижался к стене дома там, где тень была гуще, уверенный, что его заметили. Но у зверя были свои дела. Он стоял в дверном проеме, его лицо было полностью открыто, и в первый раз, в свете отраженного в снегу лунного сияния, Луис мог ясно разглядеть его физиономию. Лицо его было свежевыбрито, а запах одеколона казался сильным даже на открытом воздухе.