ый взгляд приглашал Кута.
   - Бог не велит мне делать этого.
   Деклан рассмеялся. Не просто смех - в нем скрывалось искреннее сострадание к заблудшей душе.
   - Он и есть Бог, - произнес он, - который существовал еще тогда, когда и в помине не было этой набитой дерьмом постройки.
   - Собаки тоже существовали.
   - Кто? Ну и что?
   - А то, что я не могу только по этому позволять им себя трахать.
   - А ты мудрец, я смотрю? - улыбка исчезла. - Лучше иди к нему - и ты изменишься. Ты оценишь это.
   - Нет, Деклан. Я не буду делать этого. Оставь меня...
   Он почувствовал, как руки Деклана сильно сдавили его.
   - А ну шагай вверх, жалкая тварь. Не надо заставлять Бога ждать.
   Он потащил Кута наверх, не ослабляя плотного кольца объятий. Кут искал слова, но они прятались от него. Сейчас он, как никогда в жизни, нуждался в лоттосе, и она подсказывала ему только одно: невозможно было объяснить этому человеку, что он ошибается. Неуклюжий тандем оказался вскоре в главной башне церкви. Кут бросил взгляд на алтарь: может быть, к нему придет что-то вроде переосмысления? Нет - алтарь ничего нового ему не сообщил, потому что был осквернен. Обивка, грязная и распоротая, запачкана экскрементами; на ступенях полыхали молитвенники и церковные книги, сюда же были брошены крест и подставки для свечей. В удушливом воздухе летали хлопья сажи.
   - И это сделал ты?
   - Он хотел этого, и мне пришлось подчиниться.
   - Но как он осмелился?
   - Осмелился, что в том странного? Он не боится ни Иисуса, ни...
   Внезапно Деклана снова бросило в пучину сомнений. Его сознание металось в недоумении и страхе.
   - Но он действительно боится одной вещи. Если бы не так, он сам пришел бы сюда и сделал это своими руками...
   Деклан не смотрел в сторону Кута. Его взгляд недвижно застыл.
   - Чего же, Деклан? Что он не любит? Скажи же мне наконец!
   Деклан