егодня мы рискуем присоединиться к тем, кто здесь погиб. Рискуем и завтра, и послезавтра. Как долго это будет продолжаться? Ты это знаешь? Нет. И если ты не хочешь узнать, закончились ли здесь эти безобразия или нет, - можешь ехать. И даже взять с собой детей. А я останусь здесь.
   - Нет, Ронни.
   Он тяжело вздохнул.
   - Мне надо убедиться, что его поймали. Быть уверенным в том, что он больше здесь не появится. И тогда я скажу, что мы не зря выбрали это местечко.
   Она неохотно кивнула.
   - Тогда давай хоть ненадолго выберемся из этих стен, Рон. Дети просто извели миссис Блэттер, я опасаюсь, не будет ли у нее истерики. Возьмем их с собой покататься на машине, а? Хоть немного подышим свежим...
   - Почему бы и нет? - он стремительно встал.
   Сентябрьское утро встретило их теплым благоуханием. Какие же сюрпризы может преподнести погода! По обе стороны от шоссе проносились пестрые ковры поздних цветов. Радостные птицы низко планировали над крышей машины. Небо синее, как в сказке, облака - фантазия в тонах цвета сбитых сливок. Здесь, в нескольких шагах от городка, таяли кошмары предыдущей ночи, растворяясь в изобилующей полноте дня. Настроение Рона поднималось с каждой новой милей, появлявшейся между ними и Зелом. Вскоре он даже запел.
   Дебби беспокойно ерзала на заднем сиденье: то "папа, мне жарко", то "папа, я хочу апельсинового сока". И, наконец, "папа, я хочу пи-пи".
   Рон остановил машину на безлюдной ровной дороге. Пришлось играть в добренького папочку. Если и дальше ему будет отведена эта роль, то к концу дня дети избалуются окончательно.
   - Итак, солнышко мое, сейчас ты сделаешь пи-пи, и мы поедем дальше, чтобы поискать тебе мороженое.
   - А где же ля-ля? - спросила дочка. Это дурацкое слово было выдумано ее мамочкой.
   Вмешалась Мэгги, лучше ладившая с девочкой в таких вопросах, чем Рон:
   - Детка, сходи туда - на полянку около