зволил поддаться порыву. По телу вновь побежали мурашки. Трейси съежилась над творимым блюдом в ожидании проявления отцовского гнева. Но он, не сказав ни слова, направился к своему покинутому креслу.
   Разместившись в нем, он увидел Нортона, покрывающего поверхность газона размашистым шагом. Собака не издавали ни звука. Нортон исчез из поля зрения, зайдя за оранжерею. Он не появлялся долго; Мэгир ждал... Терпение его достигло предела, когда Нортон вдруг возник снова - он смотрел на Мэгира и что-то кричал, пожимая плечами. Мэгир открыл дверь и, скользнув в просвет, оказался во внутреннем дворике. День окружил его исцеляющим благоуханием.
   - Что ты говоришь? - крикнул он Нортону.
   - Собаки в порядке, - отозвался тот.
   Мэгир ощутил, как волны успокоения разлились в его теле. Ну, конечно, они в порядке. Почему бы им не полаять - ведь они созданы именно для этого. Чего он испугался, едва не наложив в штаны? Собачьего лая? Он кивнул Нортону и зашагал по направлению к газону. Чудесный день, подумал он и убыстрил шаг. Он торопился к оранжерее, под роскошные кроны деревьев Бонсэ. Нортон ждал его у дверей, деловито нащупывая в карманах мятные конфеты. Он был готов выполнить дальнейшие указания.
   - Я могу помочь вам здесь, сэр?
   - Нет.
   - Вы уверены?
   - Абсолютно, - произнес Мэгир великодушно. - Иди-ка ты лучше домой и развлеки малышку.
   Нортон оживленно кивнул.
   - Собаки в порядке, - опять повторил он.
   - Ну да.
   - Должно быть, ветер их встревожил.
   Было действительно ветрено. Сильные теплые порывы заставляли гнуться стебли красного бука, которыми была обозначена граница сада. Они дрожали, показывая небу бледную внутреннюю сторону своих листьев. Словно умоляли его остановить стихию.
   Мэгир отпер дверь оранжереи и оказался под ее высоким навесом.
   Навесом, казавшимся небом над Раем, созданным для его экзотических любимцев: