.
   То, что Гейвин принял за меч, оказалось при ближайшем рассмотрении небольшим знаменем с практически стертым символом: то ли пчела, то ли цветок, то ли колесо.
   - Таким образом, вы - археолог.
   - И это тоже. Я исследую исторические места, наблюдаю за раскопками, но основное время посвящаю реставрации этих находок. Римская Британия - моя страсть.
   Он надел принесенные очки и направился к полкам с глиняными черепками.
   - Все это я собирал долгие годы. Я всегда испытываю дрожь, когда касаюсь предметов, столетиями не видевших света дня. Это как бы прикосновение к истории. Ты понимаешь, о чем я?
   - Да.
   Рейнольдс взял один из осколков с полки.
   - Конечно, лучшие находки попадают в музеи, но всегда выпадает случай оставить себе что-нибудь интересное. Господи, какое невообразимое влияние. Римляне. Городские коммуникации, мощеные дороги, надежные мосты.
   Рейнольдс рассмеялся взрыву собственного энтузиазма.
   - Черт возьми, - сказал он. - Опять читаю лекцию. Извини. Больше не буду.
   Вернув черепок на место, Кен стал наливать напитки. Стоя спиной к Гейвину, он неожиданно спросил:
   - Ты дорого стоишь?
   Гейвин вздрогнул. Взволнованность этого человека опять куда-то пропала, и невозможно было найти логического объяснения резкому повороту от римлян к стоимости ласк.
   - Всякое бывает, - неуверенно ответил он.
   - То есть... - все еще возясь с бокалами, сказал Кен, - ты хочешь узнать подробнее о моих наклонностях.
   - Было бы неплохо.
   - Разумеется.
   Он повернулся и протянул Гейвину внушительный бокал с водкой. Без льда.
   - Я не буду к тебе слишком требователен.
   - Мало я не беру.
   - Я это понимаю.
   Рейнольдс безуспешно попытался улыбнуться.
   - Я хорошо тебе заплачу. Ты останешься на ночь?
   - Вы этого хотите?
   - Мне кажется, да.
   - Тогда безусловно.
   Настроение хозяина