и, и в том состоянии паники, в котором она находилась, она едва ли различала их смысл. Однако отвернуться от этой сцены она не могла. Она стояла там, пытаясь разглядеть смутные очертания. Теперь слова казались ясными, и вместе с ними пришло понимание того, что происходит на постели. Она слышала женский голос, он звучал протестующе, теперь она различала эту женщину, та отбивалась от своего напарника, который пытался перехватить ее руки. Ее первое ощущение было правильным: это и было пожирание - своего рода.
   Сэди поглядела в лицо Баку. На нем появилась эта его обычная мерзкая усмешка, и Сэди почувствовала, как в ней снова вспыхнул гнев. Вот для чего пришел он сегодня вечером. Не для разговора об их разбитых мечтаниях, а для того, чтобы смягчить ее злобу таким же образом, как он это делал раньше, - шепча непристойности ей в ухо, пока укладывал ее на простыни. Удовольствие, которое он получал от ее неловкости, привело ее в ярость.
   - Выпусти меня! - прокричала она громче, чем намеревалась.
   У двери Вирджиния сказала:
   - Оставь ее в покое.
   - Похоже, у нас есть зрители, - усмехнулся Бак Дарнинг, довольный тем, что на лице Вирджинии появилось встревоженное выражение. Сэди воспользовалась тем, что внимание его отвлеклось. Она выскользнула из объятий и оттолкнула его, он с криком скатился с узкой постели. Поднявшись, она поглядела на перепуганную женщину в дверном проеме: сколько той удалось увидеть или услышать? Достаточно, чтобы понять, кто они такие?
   Бак вылез из-за постели и подошел к своей бывшей убийце.
   - Пошли, - сказал он. - Это всего лишь сумасшедшая леди.
   - Держись от меня подальше, - предупредила Сэди.
   - Теперь ты ничего не можешь мне сделать, женщина. Я уже мертв, помнишь? - От напряжения его стреляные раны открылись. Из них сочилась кровь - она осмотрела себя, его кровь была также и на ней. Она попятилась к двери. Больше им нечего