тил он, отмерив нужное время, чтобы ответ раздался не слишком быстро. - Я принял твои таблетки, как обычно.
   - Хорошо.
   Диалог прервался, и Клив закончил приводить в порядок постель молча. Но растянуть это занятия надолго ему не удалось. Когда, покончив с работой, он отвернулся от койки, Билли сидел за небольшим столом, держа в руках одну из книг, принадлежавших Кливу. Мальчик небрежно пролистывал том, какие-либо признаки подозрительности исчезли. Однако Клив знал, что внешнему виду лучше не доверять.
   - Зачем ты все это читаешь? - спросил мальчик.
   - Время проходит, - ответил Клив, залезая на верхнюю койку и вытягиваясь там, что, естественно, уничтожило результаты его труда.
   - Нет. Я спрашиваю не зачем ты читаешь книги вообще. Я спрашиваю, зачем ты читаешь именно эти книги? Всякие глупости о грехе?
   Клив едва расслышал вопрос. Здесь, на койке, он слишком остро вспомнил впечатления нынешней ночи. Вспомнилось ему также, что тьма и сейчас наползает опять на край мира. При этой мысли ему показалось, будто содержимое желудка подступило к горлу.
   - Ты меня слышишь? - окликнул его мальчик.
   Клив пробормотал, что слышит.
   - Ну тогда зачем книги? О проклятии и прочем?
   - Кроме меня их в библиотеке никто не берет, - ответил Клив с трудом, потому что боялся проговориться, ибо другие, невысказанные слова были куда значительней.
   - Значит, ты в это не веришь?
   - Нет, - ответил он. - Нет, я не верю ни единому слову из этого.
   Мальчик некоторое время молчал. Хотя Клив и не смотрел на него, но слышал, как Билли переворачивает страницы. Затем раздался другой вопрос, произнесенный более спокойно.
   - Ты когда-нибудь боялся?
   Вопрос вывел Билли из транса. Разговор перешел от чтения к чему-то более подходящему. Почему Билли спрашивает про страх, если сам не боится?
   - А чего мне пугаться? - спросил Клив.
   Краем глаза он