она уже не могла выбросить это из головы. Шум продолжался в течение дня, то усиливаясь, то спадая. Иногда раздавались взрывы смеха, частенько слышался спор. Они были похожи на детей, Гомм и его друзья, серьезно отдаваясь такому незначительному занятию, как скачки лягушек. Но удаленных от иных развлечений, как она могла обвинять их? Когда поздним вечером лицо Гомма возникло у двери, чуть ли не первое, что она сказала, были слова:
   - Я слышала вас нынешним утром, в одном из дворов. И днем тоже. Кажется, вы здорово забавлялись.
   - О, игры! - ответил Гомм. - Занятный выдался денек. Столь многое пришлось рассортировать.
   - Как вы думаете, вам удастся убедить их, чтобы мне разрешили присоединиться к вам? Я здесь так скучаю.
   - Бедная Ванесса. Хотел бы я помочь. Но это практически невозможно. Мы так перегружены в настоящее время работой, особенно из-за побега Флойда.
   Перегружены работой, подумала она. И это гоняя лягушек? Боясь нанести оскорбление, она не высказала сомнения вслух.
   - Что здесь происходит? - спросила она. - Вы не преступники? Нет?
   Гомм выглядел оскорбленным.
   - Преступники?
   - Простите...
   - Нет. Понимаю, почему вы спросили. Должно быть, это поражает вас, как нечто странное... то, что мы заперты здесь. Но нет, мы не преступники.
   - Что же тоща? Что это за большой секрет?
   Гомм глубоко вздохнул, прежде чем ответить.
   - Если я скажу вам, - начал он, - вы поможете нам отсюда выбраться?
   - Как?
   - Ваша машина. Она у входа.
   - Да, я видела...
   - Если мы сможем до нее добраться, вы нас повезете?
   - Сколько вас?
   - Четверо. Я, Ирени, Моттерсхед и Гольдберг. Конечно, и Флойд может находиться где-то снаружи, но ему следует самому побеспокоиться о себе, ведь так?"
   - Это маленькая машина, - предостерегла она.
   - Мы маленькие люди, - сказал в ответ Гомм. - С возрастом съеживаешься,