му?
   Марти замешкался, прежде чем ответить. Боль было не то слово, которое он хотел бы использовать; он не так понимал его значение. Но, если бы он применил другое слово, как например, страдание - то, что скрывалось в пропасти его леденящих глаз - он рисковал вторгнуться в те области, в которые он не был готов вступать; особенно с Уайтхедом. Он был уверен, что если хотя бы раз возбудить в старике противоречивые чувства, то шпаги будут вынуты из ножен. Поэтому он ответил:
   - Да, ему было больно.
   - И вы говорите, что он откусил свой палец?
   - Да.
   - Может, вам следовало бы поискать его?
   - Я искал. Я думаю, что одна из собак подобрала его.
   Усмехнулся ли Уайтхед? Казалось, что так.
   - Вы не верите мне? - спросил Марти, принимая смех на свой счет.
   - Конечно, я верю вам. Его появление было только вопросом времени.
   - Вы знаете, кто он?
   - Да.
   - Тогда его можно арестовать.
   Личное развлечение закончилось. Слова, которые последовали дальше, были бесцветными.
   - Это не обыкновенный нарушитель, Штраусс, как, я полагаю, вы уже поняли. Этот человек - профессиональный убийца высшего класса. Он появился здесь с определенной целью - убить меня. Благодаря вашему вмешательству и собакам это было предотвращено. Но он может попытаться снова...
   - Тем более есть причины, чтобы поймать его, сэр.
   - Ни одна полиция Европы не в состоянии найти его.
   - ...Но, если он действительно известный убийца... - настаивал Марти. Его отказ бросить эту кость, не высосав из нее весь мозг, начинал раздражать старика. Он повысил голос.
   - Он известен мне. Может быть, еще некоторым, которые сталкивались с ним...
   Уайтхед прошел от окна к своему столу, отпер его и вынул оттуда что-то завернутое в тряпку. Он положил сверток на полированную поверхность и развернул его. Это был пистолет.
   - Теперь вы всегда будете носить его