.
   - Но не всегда было так.
   - Для некоторых из нас случайность на нашей стороне. Ты это имеешь в виду? Некоторые из нас держат палец... - указательный палец Уайтхеда описал спираль, - на колесе.
   Вращающийся палец остановился. Мысленно Марти завершил картину: шарик скачет от лунки к лунке и находит нишу, номер. Победитель триумфально визжит.
   - Не всегда, - сказал он. - Только иногда.
   - Опиши это. Опиши, как ты это чувствуешь. Почему бы нет? Что в этом плохого?
   - Иногда это так просто, ну знаете, как отнять сладости у ребенка. Когда идешь в клуб и фишки мелко вибрируют в руках, ты знаешь. Господи, ты точно знаешь, что не проиграешь.
   Уайтхед улыбнулся.
   - Но ты проигрывал, - напомнил он Марти с жесткой вежливостью. - Ты часто проигрывал. Ты проигрывал все, что у тебя было и даже больше.
   - Я был глуп. Я играл даже тогда, когда фишки не дрожали, когда я знал, что у меня полоса невезения.
   - Почему?
   Марти метнул на него сердитый взгляд.
   - Вы что хотите подписанной исповеди? - резко ответил он. - Я был жаден, вы это хотите сказать? Я любил играть даже когда у меня не было шансов на выигрыш. Я просто хотел играть.
   - Ради игры?
   - Да, если хотите. Ради игры.
   Невозможно сложное выражение появилось на лице Уайтхеда: в нем было сожаление, и ощущение ужасной потери, - и, более того, непонимания. Уайтхед - мастер, Уайтхед - Повелитель мира вдруг показал - совсем немного - еще одно, более доступное лицо - лицо человека, дошедшего до точки отчаяния.
   - Мне был нужен кто-то с твоей слабостью, - объяснил он и, внезапно, стал исповедующимся. - Потому что, рано или поздно, а я знал, что такой день, как сегодня, наступит, я должен буду попросить тебя рискнуть вместе со мной.
   - В чем рискнуть?
   - Все не так просто, как рулетка или карты, тогда я мог бы объяснить тебе все, не прося о простом доверии. Но это