седу внезапно покинуло его. Но что-то - огромное что-то - должно было быть сказано.
   - Никогда не думал... что это когда-то произойдет со мной.
   Он прикусил язык, отметая головой собственную абсурдность.
   Ты поможешь мне? - вместо дальнейших объяснений спросил он.
   - Конечно.
   - Хорошо, - ответил он. - Увидим.
   Без слов он внезапно отвернулся от Марти и направился обратно к дому. Прогулка, очевидно, была закончена. Некоторое время они шли как и раньше - Уайтхед шел впереди, Марти следовал за ним в двух ярдах позади. Только перед тем, как показался дом, Уайтхед заговорил снова. На этот раз он не нарушил ритма своих шагов, а просто бросил вопрос через плечо. Всего три слова:
   - А Дьявол, Марти?
   - Что, сэр?
   - Дьявол. Молился ли ты когда-нибудь ему?
   Это была шутка. Может быть, слегка тяжеловатая, но в духе старика, чтобы не делать свою исповедь столь мрачной.
   - Ну так что?
   - Раз или два, - ответил Марти, изображая улыбку.
   Едва слова слетели с его губ, Уайтхед остановился, как вкопанный, предостерегающе подняв руку.
   - Т-с.
   В двадцати ярдах впереди, на их дороге, замерла лиса. Она еще не видела своих наблюдателей, но оставалось всего несколько мгновений, чтобы их запах достиг ее ноздрей.
   - В какую сторону? - прошептал Уайтхед.
   - Что?
   - В какую сторону она побежит? Тысяча фунтов. Спорим.
   - У меня нет... - начал Марти.
   - Против недельного жалования.
   Марти заулыбался. Что было недельное жалование? Он даже не имел возможности тратить его.
   - Тысяча фунтов за то, что она побежит направо, - сказал Уайтхед.
   Марти замешкался.
   - Быстро, парень...
   - Идет.
   При этом слове животное почуяло их. Ее уши прижались, голова повернулась и она их увидела. Мгновение она была слишком удивлена, видя их, затем пустилась наутек. Несколько ярдов она бежала от них прямо по