лице, было еще что-то: злость, даже, может быть, паника. Она прижала к нему неоткрытую коробку.
   - Пожалуйста, уходи.
   - Это сюрприз, - сказал он, определенно не желая уходить.
   - Мне не нужно никаких сюрпризов. Уходи. Позвони мне завтра.
   Он не взял протягиваемую ему коробку и она упала между ними, открывшись при падении. Роскошный мех шубы замерцал, она не смогла удержаться, чтобы не наклониться и поднять ее.
   - О, Марти... - прошептала она.
   Глядя на ее сверкающие волосы, он вдруг заметил, как наверху лестницы появился еще кто-то.
   - В чем дело?
   Марти поднял глаза. Наверху стоял Флинн, одетый только в трусы и носки. Он был небрит. Несколько секунд он молчал, оценивая ситуацию. Затем улыбка - его панацея - поползла по его лицу.
   - Марти, - воскликнул он, - что за шум?
   Марти смотрел на Шармейн, уставившуюся в пол. В руках она держала шубу, которая казалась мертвым животным.
   - Вот оно что, - протянул Марти.
   Флинн спустился на несколько ступенек. Глаза его были налиты кровью.
   - Это совсем не то, что ты думаешь. Совсем нет, - сказал он, остановившись на полпути и выжидая, куда бросится Марти.
   - Это как раз то, что ты думаешь, Марти, - тихо сказала Шармейн. - Мне очень жаль, что ты узнал это именно так, но ты никогда не звонил. Я просила тебя звонить, прежде чем ты придешь.
   - И давно? - прошептал Марти.
   - Два года, чуть больше - чуть меньше.
   Марти взглянул на Флинна. Они забавлялись вдвоем с этой черной девчонкой - кажется, Урсула? - только несколько недель назад, и когда молочко было выпито, Флинн смылся. Он вернулся сюда, к Шармейн. "Интересно, - подумал Марти, - помылся ли он, прежде чем присоединился к Шармейн в их двуспальной кровати? Скорее всего нет".
   - Почему он? - услышал он свой голос. - Почему же он, ради Бога? Ты что, не могла найти ничего получше?
   Флинн не сказал ничего