чественная отделка в стиле рококо была довольно забавна для места со столь низким предназначением. Он взглянул на себя в зеркало и пошел помочиться, чтобы оживить себя.
   В одной из кабинок кто-то начал скулить - очень-очень тихо, словно старался приглушить звук. Несмотря на переполненный мочевой пузырь, Марти вдруг с удивлением обнаружил, что не может мочиться - безымянное горе слишком сильно действовало на него. Звук слышался из-за закрытой двери одной из кабинок. Наверное, это был какой-то оптимист, проигравший последнюю рубашку в кости я теперь задумывающийся о последствиях. Марти оставил его за этим занятием. Он не мог ничего сделать или сказать - это он знал по горькому опыту.
   В фойе женщина за конторкой позвала его.
   - Мистер Штраусс? - это была опять "английская роза", несмотря на поздний час в ней не было ни малейшего признака усталости, - Вы нашли мистера Тоя?
   - Нет, не нашел.
   - Странно. Он был здесь.
   - Вы уверены?
   - Конечно. Он пришел вместе с мистером Мамуляном. Я сказала ему, что вы здесь и что вы спрашивали о нем.
   - И что он вам сказал?
   - Ничего, - ответила девушка. - Ни слова. - Она понизила голос. - С ним все в порядке? То есть он выглядел просто ужасно, если позволите. Он был жуткого цвета.
   Марти взглянул наверх, осматривая лестницы.
   - Он все еще здесь?
   - Ну, я не была за конторкой весь вечер, но я не видела, чтобы он уходил.
   Марти еще раз поднялся по лестнице. Он очень хотел повидаться с Тоем. Нужно было спросить его кое о чем, поговорить. Он прошел по комнатам, отыскивая усталое лицо. Но хотя Мамулян был по-прежнему здесь, потягивая свою воду, Тоя с ним не было. Не нашел он его и ни в одном из баров. Очевидно, он пришел и ушел. Разочарованный, Марти спустился вниз, поблагодарил девушку за ее заботу, дал ей хорошие чаевые и ушел.
   И только когда между ним и "Академией" было уже достаточно