ли, даже при сомнительном освещении, пугали. Он прикрыл дверь этой нищей комнаты и открыл следующую. Это был туалет. За ним ванная. Четвертая, и последняя, дверь на этом этаже имела перед собой узкий коридорчик, и она была закрыта. Он повернул ручку раз, еще раз, туда и обратно, а затем прижал ухо к дереву, ожидая что-нибудь услышать.
   - Кэрис?
   Ответа не последовало: ни звука, говорящего о присутствии человека.
   - Кэрис? Это Марти. Ты меня слышишь? - он снова подергал ручку, с большей силой. - Это Марти.
   Нетерпение переполнило его. Она была там, за дверью, - он был абсолютно уверен в этом. Он толкнул дверь ногой, скорее от досады, затем, изо всей силы ударил по ней. Дерево начало расщепляться под его натиском. Еще с полдюжины крепких ударов - и замок затрещал. Он окончательно выбил дверь ударом плеча.
   Комната пахла Кэрис, она была полна ее теплом. Но если не считать ее саму и ее тепло, комната была пуста. Ведро в углу, куча пустых блюдец, разбросанные книги, одеяло, маленький стол, на котором лежали ее принадлежности: иглы, шприц, тарелки, спички. Она лежала, свернувшись калачиком, в углу. Маленькая лампа стояла в другом углу, покрытая сукном, которое навесили, чтобы приглушить свет, материя отбрасывала четкую тень. Она была лишь в футболке и панталонах. Остальные части туалета - джинсы, свитера, рубашки - были разбросаны вокруг. Когда она подняла голову и взглянула на него, он увидел на ее лбу пот, от которого слиплись волосы.
   - Кэрис.
   Сначала она, казалось, его не узнала.
   - Это я, Марти.
   Какой-то тик наморщил ее блестящий лоб. "Марти?" - сказала она чуть слышно. Морщина увеличилась - он не был уверен, что она вообще его видит, ее глаза закатились. "Марти", - повторила она, и на этот раз имя, казалось, что-то для нее означало.
   - Да, это я.
   Он пересек комнату. Кэрис казалась почти потрясенной его неожиданным приближением.