шка, кроме того, кувшин с водой.
   - Просыпайся, - сказала Кэрис и снова потрясла его.
   "Незачем куда-то идти, - подумал он, - ничего не изменится, если я останусь здесь и снова вернется серое".
   - Ради Бога, Марти! - завопила она ему в ухо.
   Снизу донесся звук скрипящего дерева.
   "Он идет, готовый или нет", - подумала она.
   - Марти, - крикнула она. - Ты слышишь? Это Брир.
   Имя разбудило ужас. Похолодевшая девочка, сидевшая за столом, на котором лежало ее собственное мясо, его ужасная, невыразимая шутка. Этот образ вымел туман из головы Марти. Тот, кто сотворил этот кошмар, находился внизу - он теперь вспомнил все очень хорошо. И поглядел на Кэрис ясными, полными слез глазами.
   - Что случилось?
   - Времени нет, - сказала она.
   Он захромал вслед за ней к двери. Она все еще волокла одну из досок, которую отодрала от окна, из дерева торчали гвозди. Шум снизу медленно поднимался - грохот сбиваемой с петель двери и шум памяти.
   Боль в разодранной ноге Марти, которую так искусно притупила комната, снова разыгралась. Он нуждался в поддержке Кэрис, чтобы дойти до первого пролета лестницы. Они спускались вместе, его рука, испачканная в крови от прикосновений к ране, отмечала их маршрут на стене.
   Когда они были на полпути ко второй площадке, какофония в погребе прекратилась.
   Они застыли, ожидая следующего движения Брира. Снизу донесся скрип, как будто Пожиратель Лезвий отворял пошире дверь. Кроме тусклого света из кухни, которому приходилось огибать несколько углов, прежде чем он доходил до холла, ничто больше не освещало сцены. Охотник и жертва, оба замаскированные темнотой, замерли на несколько мгновений, не зная, что принесет следующий миг. Кэрис оставила Марти позади и проскользнула пять последних ступенек до подножия лестницы. Ее шаги были более чем бесшумны на лестнице без ковра, но после подавления чувств в комнате Мамуляна