но, - сказал тот, только чтобы сдержать свою отчаянную радость. - Но сделаю все, что можно. Лучше и сказать нельзя, а?
   - Спасибо, - ответил Марти, - я ценю это.
   - Только принеси деньги, Марти. Это единственная оценка, которая мне нужна.
   Телефон замолк. Флинн имел привычку оставлять за собой последнее слово. "Ублюдок", - сказал Марти трубке и с треском повесил ее. Его немного трясло, нервы были издерганы. Он подошел к газетчику, взял пачку сигарет и затем побрел обратно к машине. Время ленча; движение на улицах Лондона было интенсивное и потребовалось добрых сорок пять минут чтобы добраться до давно знакомого притона. Времени возвращаться и проверять Кэрис не осталось. Кроме того, он подумал, что она его совсем не поблагодарит за оттягивание покупки. Наркотик ей нужнее, чем он сам.
  
  ***
  
   Европеец появился слишком неожиданно, чтобы Кэрис могла попытаться не допустить его вкрадчивого присутствия. Но слабость, которую она ощущала, вынуждала ее бороться. И что-то было в этом его нападении, что отличало его от прочих. Может быть, его приближение на этот раз было более отчаянным? Ее затылок физически как-то смялся его вхождением. Она потерла шею вспотевшей рукой.
   "Я нашел тебя", - сказал он внутри головы.
   Она огляделась, ища способ изгнать его.
   "Нет смысла", - сказал он ей.
   - Оставь нас в покое.
   "Ты обращалась со мной плохо, Кэрис. Я должен наказать тебя. Но я не буду; не буду, если ты выдашь мне своего отца. Разве я так много прошу? Я имею на него право. Ты знаешь это в глубине сердца. Он принадлежит мне".
   Она слишком хорошо знала, что значит доверять его вкрадчивому голосу. Если он найдет Папу, что он сделает тогда? Оставит ее жить своей жизнью? Нет, он заберет ее тоже, так же, как он забрал Иванджелину, и Тоя, и множество других, о которых знал лишь он один, на это дерево, в этом Нигде.
   Ее глаза остановились на маленькой