ко знаки. Он уходил в более чистый мир - мир символов и ритуалов, мир, откуда были родом настоящие Пожиратели Лезвий.
   Его ноги были свободны. Было делом нескольких мгновений пересечь комнату и оказаться там, где стояла она. Даже если она повернется и побежит, он сможет поймать ее. Некому увидеть или услышать, а даже если бы и были - чем они могли бы навредить ему? Он же мертвый.
   Он подошел к ней. Маленькая живая вещица стояла в его тени и не делала ни малейших попыток сбежать. Подсчитала ли она свои шансы и поняла тщетность бегства? Нет, она просто доверяла ему.
   Он поднял свою грязную руку, чтобы погладить ее по голове. Она зажмурилась и задержала дыхание при его близости, но не сделала ни малейшей попытки уклониться от прикосновения. Его пальцы испытывали страстное желание дотронуться до нее. Она была столь восхитительна - что за счастье было бы положить в него кусочек ее, словно бы в подтверждение любви перед вратами Рая.
   Но ее взгляда было достаточно. Он может забрать его с собой и считать себя удовлетворенным, - лишь эта ее мрачная сладость на память, как монеты в его глазах, чтобы оплатить проход.
   - До свиданья, - сказал он и пошел к двери своей тяжелой походкой. Она побежала впереди него и открыла дверь, затем пропустила его вперед. Где-то в соседней квартире плакал маленький ребенок - жалобное хныканье малыша, знающего, что никто не придет к нему. У верхней ступеньки лестницы Брир еще раз поблагодарил Шэрон и они расстались. Он смотрел ей вслед, как она бежит домой.
   Что до него, то он не был уверен - по крайней мере, сознательно, - куда он собирается идти и зачем. Но уже на тротуаре его ноги повели его в направлении, в котором он никогда не ходил; и он не заблудился, хотя вскоре он уже шел по незнакомой территории. Кто-то звал его. Его, и его нож, и его грязное серое лицо. Он шел так быстро, как позволяло его строение, как человек, призванный