.
   Кэрис не шелохнулась.
   - Мы ничего не можем сделать для старика, - добавил он.
   Она взглянула на него, не понимая.
   - Он ушел, Кэрис. И нам тоже пора.
   В разделочной воцарилось молчание. Это было в некотором смысле хуже, чем смех или звуки работы Брира.
   - Мы не можем ждать, - сказал Марти.
   Он рывком поднял Кэрис на ноги и подтолкнул к входной двери. Она тихо выругалась.
  
  ***
  
   Когда они скользнули вниз по лестнице, где-то наверху блондин американец зааплодировал снова.
  
  72
  
   Мертвец трудился достаточно долго. Интенсивное движение на трассе давным-давно затихло, изредка слышались звуки моторов одиноких "дальнобойщиков", державших путь на север. Брир ничего этого не слышал. Его уши уже давно отказали ему, а его зрение, когда-то столь острое, едва могло различить следы резни, сейчас лежащие повсюду вокруг него. Но когда его зрение померкло совсем, у него еще осталась способность осязать. С его помощью он завершил свое предназначение, измельчая тело Европейца до тех пор, пока стало невозможно отличить одну часть тела от другой.
   Чэда утомило представление задолго до того, как была достигнута кульминация. Чиркнув спичкой о каблук, он закурил вторую сигару и вышел пройтись, чтобы узнать, что происходит вокруг. Девушка ушла, герой тоже. "Храни их Бог", - подумал он. Старик по-прежнему лежал на полу, сжимая пистолет, который он каким-то образом вновь вернул себе. Его пальцы подрагивали. Чэд вернулся обратно в кровавую камеру, где Брир стоял на коленях среди мяса и карт, и поднял Тома с пола. Тот был в прострации, его губы почти посинели, и понадобились длительные уговоры, чтобы добиться от него каких-либо действий. Но Чэд был рожден для того, чтобы обращать людей в свою веру и краткий разговор вернул ему прежний энтузиазм. "Нет ничего, чего мы не могли бы сделать, понимаешь? Мы окрещены. То есть мы видели все, правда? И в целом мире