Но он же не живет здесь?
   - Он остается на ночь, когда у них бывают конференции.
   - Это часто?
   - О, да. В доме проходит много встреч. Люди постоянно приезжают и уезжают. Поэтому мистер Уайтхед так озабочен безопасностью.
   - Он когда-нибудь уезжает в Лондон?
   - Не теперь, - сказала она. - Он иногда летал. В Нью-Йорк или Гамбург или еще куда. Но не теперь. Сейчас он просто сидит здесь круглый год и заставляет весь остальной мир приходить к нему. Так о чем я?
   - Персонал.
   - Ах, да. Когда-то здесь была толпа народу. Служба охраны; прислуга; горничные. Но затем он стал очень подозрительным. Стал опасаться, что кто-то может отравить его или убить в ванной. И он всех выгнал: просто так. Сказал, что ему будет лучше с теми, кому он доверяет. Так что он не окружен людьми, которых он не знает.
   - Он не знает меня.
   - Пока что нет. Но он очень хитрый: самый хитрый из людей, что я знала.
   Зазвонил телефон. Она взяла трубку. Он знал, что на другом конце провода Уайтхед. Перл выглядела, как пойманная на месте преступления.
   - О... да. Это я виновата. Я заговорила его. Сейчас.
   Трубка была быстро повешена на место.
   - Мистер Уайтхед ждет вас. Вам нужно поторопиться. Он в собачьем питомнике.
  
  14
  
   Питомник был расположен за группой строений, возможно, когда-то бывших конюшнями, в паре сотен ярдов за главным зданием. Сараи из прессованной угольной крошки с заграждениями из проволочной сетки должны были служить служебными помещениями, и строитель не заботился об изяществе или архитектурном соответствии; потому они немного резали глаз.
   На воздухе было холодно и, пересекая похрустывающий газон по направлению к питомнику. Марти вскоре пожалел, что вышел в одной рубашке. Однако в голосе Перл чувствовалась срочность, когда она отсылала его, и ему не хотелось заставлять Уайтхеда - нет, ему нужно научиться думать об этом человеке,