я день ее не оставляло чувство потери, и она с нетерпением ждала следующего свидания.
   Но она не могла заставить себя покинуть этот солнечный остров, преодолеть так много опасных рифов, чтобы добраться к нему. Даже подать какой-либо сигнал о ее присутствии в доме было слишком рискованно. Интересно, думала она, насколько у него развиты детективные наклонности. Если да, то он, возможно, должен был обнаружить ее по некоторым очевидным признакам: ее окуркам в кухонной раковине или запахам ее духов в комнате, которую она покинула всего за несколько минут. Хотя, наверное, ангелы, являясь божествами, не нуждаются в подобных знаках. Возможно, он просто знал, безо всяких ключей, что она была здесь, стоя за небом, отражавшимся в окне, или прижавшись к запертой двери, пока он шел, насвистывая, по коридору.
   Хотя, не было смысла добираться до него, даже если бы она набралась смелости. Что она скажет ему? Ничего. А когда он неминуемо потеряет к ней всякий интерес и вернется к своим делам, она останется одна в безлюдном пространстве, изолированная в своем безопасном месте, на своем солнечном острове, куда она приплывала на чистом белом облаке, которое обеспечивал маковый сок.
   - Ты ничего не ела сегодня, - проворчала Перл. Это была знакомая жалоба. - Ты худеешь.
   - Оставь меня, ладно?
   - Ты же знаешь, мне придется рассказать ему.
   - Нет, Перл, - Кэрис просительно взглянула на нее, - не говори ничего, пожалуйста. Ты же знаешь, как он принимает это близко к сердцу. Я тебя возненавижу, если ты скажешь.
   Перл стояла в дверях, глядя на нее неодобрительно и осуждающе, не желая поддаваться этому призыву или шантажу.
   - Ты собираешься снова уморить себя? - спросила она.
   - Нет. У меня просто нет аппетита, вот и все.
   Перл пожала плечами.
   - Я тебя не понимаю, - сказала она. - То ты убиваешь себя, то...
   Кэрис просияла.
   - Тебе жить, - сказала