лись удивленные возгласы, по мере того, как он изменялся.
   Иммаколата не церемонилась с ним. Порой ему казалось, что он вот-вот разорвется на части. Но наконец он снова стал собой, вытянувшись на ковре во весь рост. Молодой человек с голубоватой кожей и золотыми глазами.
   Шэдвелл посмотрел на него, потом на покупателей. Это зрелище должно было удвоить цену ковра, или он ничего не понимает в торговле.
   Это была магия во плоти, еще более впечатляющая, чем он ожидал.
   - Понятно, - проговорил Норрис. - Может, перейдем теперь к цене?
   Шэдвелл оживился.
   - Не пора ли унести нашего гостя? - обратился он к Иммаколате, но внезапно Нимрод вскочил и приник к ногам Маргариты Пирс, осыпая их поцелуями.
   Реакция женщины была неожиданной. Она стала гладить густые волосы Нимрода.
   - Оставьте его со мной, - попросила она Иммаколату.
   - Почему бы нет? Пусть посмотрит, - предложил Шэдвелл.
   Колдунья пробормотала что-то недовольное.
   - Пускай, пускай. Я присмотрю за ним. Ну что, дамы а господа? Кто первый?
  
  2
  
   На полпути к лестнице Кэл вспомнил, что он не вооружен. Порывшись в кухонном шкафу, он отыскал широкий нож. Хотя он сомневался, что эфирные тела сестер уязвимы для такого оружия, вес металла в руке успокаивал.
   Поднимаясь по ступенькам, он поскользнулся в крови и едва успел схватиться за перила. Проклиная свою неуклюжесть, он замедлил шаг. Хотя свечение сестер не было заметно поблизости, он знал, что они близко. Несмотря на испуг, его гнало вперед желание убить Шэдвелла, пусть даже придется задушить мерзавца собственными руками. Торговец разбил сердце его отца.
   Наверху слышались какие-то голоса. Похоже, там спорили. Или нет, торговались -