тем, чтобы продать его. Чтобы им владеть.
   - С чего ты взяла? - он попытался изобразить недоумевающую улыбку. - Мы ведь договаривались, богиня. Договаривались, что смешаем их с грязью. - И ты все еще хочешь этого?
   Он помедлил с ответом, зная, что рискует. Она знала его хорошо; может быть, могла читать его мысли. Если она заподозрит его во лжи, он может потерять не только ее расположение. Но не лишилась ли она и силы вместе с красотой? Здесь в этом подвале она всего лишь побирушка, хоть и притворяется богиней. Подумав, он решил солгать.
   - Я хочу того, чего хотел всегда. Твои враги - мои враги.
   - Тогда мы смешаем их с грязью. Раз и навсегда.
   Ее глаза, спрятанные среди струпьев, зажглись свирепым блеском, и человеческий прах в нишах взметнулся в воздух.
  
  VI
  Хрупкий механизм
  
  1
  
   Утром второго февраля Кэл нашел Брендана мертвым в постели. Врач сказал, что он умер за час до рассвета, во сне.
   Еще до Рождества его ум стал стремительно слабеть. Он то принимал Джеральдину за свою жену, то звал Кэла именем брата. Доктора не обещали улучшения, но никто не ожидал такого скорого конца.
   Кэл очень любил отца, но не оплакивал его. Плакала Джеральдина, и она же принимала соседей, приходящих с соболезнованиями. Кэл только играл роль скорбящего сына, глядя на себя со стороны. Особенно это чувство обострилось во время церемонии в крематории. В его голове будто опять проснулся Чокнутый Муни, издевающийся над избитыми словами и позами.
   Следствием этого было то, что к нему вернулись старые сны. Он видел себя летящим над деревьями, полными золотых плодов; видел говорящих зверей и своих голубей, которые тоже, казалось, говорили ему что-то на своем голубином языке.