Кэл рванулся, потерял равновесие и упал, увлекая за собой де Боно. Они покатились с холма по грязи и камням и угодили в лужу у его подножия. Кэл пытался выбраться, но де Боно удержал его за рубашку.
   - Ты ничего не сделаешь.
   - Пусти меня!
   - Извини за мои слова о Кукушатах. Наши тоже хороши.
   - Ладно, - Кэл продолжал смотреть на горящий сад. - Я знаю это место. Не могу допустить, чтобы его вот так сожгли.
   Он выбрался из лужи и встал. Он убьет сволочей, сделавших это. Убьет, и это будет справедливо.
   - Уже поздно. Ты ничего не сделаешь.
   Юноша говорил правду. К утру от сада останутся только угли. Но он все равно не мог отвернуться от места, где впервые прикоснулся к чудесам Фуги. Он пошел туда, не зная, идет ли де Боно за ним и мало заботясь об этом.
   Подойдя поближе, он понял, что отряды пророка (вернее, банды) встретили сопротивление. Вокруг огня катались по земле дерущиеся люди. Но для бандитов это был, скорее, спорт, который в любой момент можно было прервать выстрелом в упор. Несколько тел уже неподвижно лежало под деревьями. Стрелки ходили между ними, добивая раненых.
   Кэла едва не стошнило. Ему казалось, что к дыму примешивается запах горелой человеческой плоти. Не в силах сдерживаться, он упал на колени, и его пустой желудок начало выворачивать. Падать дальше было некуда: мокрая грязная одежда, вкус рвоты во рту, горящий вокруг сад его снов.
   - Кэл, вставай.
   Рядом стоял де Боно, протягивая ему пучок травы.
   - Вытри лицо.
   Кэл прижал траву к лицу, чувствуя ее сладкий запах. Тошнота прошла. Он поднял слезящиеся глаза и увидел в дыму Лема.
   Он прошептал его имя.
   - Что? - переспросил де Боно.
   - Там, - Кэл указал