му мы идем.
   Мальчик подбросил в костер высохших сучьев. Огонь вспыхнул ярче.
   - Руб эль-Хали, - сказал ибн Талак. - Мы знать. Все знать.
   Шэдвелл так и думал. Они были Мурра, и тайны пустыни были их тайнами.
   - Далеко еще? - спросил Хобарт.
   - Не знаю. Похоже, близко.
   - Думаете, он знает, что мы здесь?
   - Не знает, так узнает завтра.
  
  3
  
   Они поднялись на рассвете и поспешили в путь, пока солнце не стало слишком жарким.
   В пейзаже впервые что-то изменилось. Барханы сделались выше, и песок стал таким мягким, что каждый шаг давался с трудом. Пришлось спешиться и тянуть верблюдов за собой. Ибн Талак молча уступил место во главе каравана Шэдвеллу, и он вел их из обжигающего солнца в тень бархана и опять на солнце. В легчайшем ветре ему слышался шепот, и он знал, что это.
   "Иди, - говорил голос, - иди, если ты такой смелый. Еще один бархан, и ты найдешь то, что искал".
   Они были близко, очень близко. Джабир заявил, что животным надо отдохнуть, Но Шэдвелл подгонял. Он не чувствовал ни боли, ни пота, ни усталости.
   На вершине очередного бархана то, о чем шептал ветер, подтвердилось. Перед ними лежала до самого горизонта плоская каменная терраса.
   - О Боже, - прошептал Хобарт.
   - Держись. Уже недалеко.
   - Может, подождем до завтра?
   - Вы не хотите встретиться с драконом?
   Хобарт промолчал.
   - Что ж, тогда я пойду один, - Шэдвелл отпустил поводья верблюда и заковылял вниз по склону.
   Хобарт поглядел ему вслед. Да, они были близко, и эта мысль наполняла его ужасом. Он уже понял, что дракон, способный жить в этой пустыне, это не сияющий монстр его мечты. Он не мог даже представить, что это за чудовище, но знал,