тихо напомнят друг другу, что он - потомок сумасшедшего?
   У него здесь не было союзников. Безопаснее просто пробраться к выходу, а потом бежать как можно быстрее и дальше.
   Он начал свой путь, благодаря провидение за то, что в зале мало света. Сзади послышались крики. Оглянувшись, он увидел Элроя, бьющегося в припадке посередине толпы. Лицо его было перекошено. Кто-то громко звал доктора.
   Кэл вновь повернулся к выходу, и тут акула оказалась рядом с ним.
   - Кэлхоун, - тихо проговорил Шэдвелл. - Твой отец сказал мне, где ты.
   Кэл не ответил, притворившись, что не слышит. Торговец не посмеет что-нибудь сделать ему среди стольких людей, а на его пиджак он может не смотреть. Да-да, главное - не смотреть на пиджак.
   - Куда ты? - спросил Шэдвелл, когда Кэл повернулся к двери. - Мне надо поговорить с тобой.
   Кэл не отреагировал.
   - Мы можем помочь друг другу...
   Кто-то окликнул Кэла, спрашивая, что случилось с Элроем. Он покачал головой и продолжал раздвигать толпу. Его план был прост: разыскать отца Джеральдины, чтобы тот велел вышибалам выставить Шэдвелла вон.
   - ...скажи, где ковер, - продолжал говорить торговец, - И я не дам ее сестрам разделаться с тобой. Я не прошу. Просто сообщаю информацию.
   - Я же сказал, - пробормотал Кэл, зная, что это бесполезно. - Не знаю я, где ваш ковер.
   Они были уже в дюжине ярдов от вестибюля, и с каждым шагом вежливость Шэдвелла сходила на нет.
   - Они высосут тебя досуха. Ее сестрицы. И я не смогу удержать их. Они мертвы, а мертвые не слушаются никаких доводов.
   - Мертвы?
   - Именно. Она сама их убила, еще в утробе. Задушила их же кишками.
   Образ этот был тошнотворным. Еще более тошнотворной