бы чувствовать, - в голосе Иммаколаты, как ни трудно было в это поверить, появилась жалость. - И это никогда не кончится, поверь мне. Лучше, если бы ты жила и умерла Кукушонком.
   - А как умерла Мими?
   Ледяные глаза вспыхнули.
   - Она знала, на что шла. В ней текла кровь Чародеев. Ты тоже из их породы, через эту старую дуру.
   - Чародеи? - столько новых слов сразу. - Так это они живут в Фуге?
   - Они уже мертвецы. Не советую искать у них ответов. Скоро они превратятся в пыль, как все в этом вонючем Королевстве. Мы это устроим. А ты одна, как она.
   Это "мы" напомнило Сюзанне о торговце.
   - А Шэдвелл тоже из Чародеев?
   - Что? - это ее словно развеселило. - Нет, конечно. Просто я дала ему кое-какую власть.
   - Зачем? - Сюзанна мало что понимала, но догадалась, что отношения между компаньонами отнюдь не безоблачны.
   - Он научил меня, - рука Иммаколаты потянулась к лицу, и, когда она ее отняла, на лице сияла приветливая, хотя все равно холодная, улыбка. - Он научил меня притворяться.
   - И за это ты стала его любовницей?
   Колдунья издала звук, отдаленно напоминающий смех.
   - Любовь я оставила Магдалене, своей сестрице. Ей это нравится. Можешь спросить у Муни...
   Кэл. Она забыла про Кэла.
   - ...если он захочет тебе рассказать.
   Сюзанна оглянулась на дверь.
   - Да-да, иди. Иди к нему. Я не стану тебя задерживать.
   Свет в ней, менструм, знал, что Колдунья не лжет. Этот поток связывал их, но как и чем - Сюзанна пока не понимала.
   - Битва уже проиграна, сестренка, - промурлыкала Иммаколата ей вслед. - Как только ты удовлетворишь свое любопытство, Фуга будет наша.
   Сюзанна поспешила в магазин, начиная испытывать страх