ем и бездонной завистью, а с другой - мы, Чародеи, отличные от вас, как день от ночи.
   - Ну, не так уж сильно, - заметил Джерихо. - Мы ведь когда-то жили среди них.
   - И они обращались с нами, как с подонками.
   - Да, это верно.
   - Наши способности, - продолжала Лилия, - Кукушата назвали "волшебством". Некоторые хотели овладеть им. Некоторые просто боялись. Но никто нас не любил. Вспомните, что города тогда были маленькими, в них было трудно укрыться. Поэтому мы бежали в леса и горы, где мы были в безопасности.
   - Многие и не пытались жить среди Кукушат, - сказал Фредди. - Особенно Айя. Им было нечего продать, а среди Кукушат не проживешь, если тебе нечем торговать. Куда лучше жить на природе.
   - Ладно, - бросил Джерихо. - Вы так же любите города.
   - Верно, я люблю камни и кирпичи. Но иногда завидую пастухам.
   - Их одиночеству или их овцам?
   - Их спокойной жизни, кретин! - воскликнул Фредди. Потом обратился к Сюзанне. - Мадам, видите ли, я не имею с этими людьми ничего общего. В самом деле. Он (ткнув пальцем в направление Джерихо) осужден за воровство. Она (в Аполлину) держала бордель. А она (теперь в Лилию) со своим братцем натворила столько бед...
   - Как ты смеешь обвинять невинного... - начала Лилия.
   - Хватит паясничать! Твой брат может сколько угодно притворяться младенцем. Из-за ваших штучек вы и оказались на Рубеже.
   - Ага, как и ты.
   - Меня оболгали, - запротестовал Фредди. - Мои руки чисты.
   - Никогда не доверяла людям с чистыми руками, - пробормотала Аполлина.
   - Шлюха, - бросил Фредди.
   - Жалкий брадобрей, - отпарировала она.
   Кэл обменялся с Сюзанной недоуменными взглядами. Согласия и мира среди Чародеев