ого. Может, на Венделла из-за его пожатий плечами, может, на миссис Гриффин из-за того, что она не верит ему, или на себя за то, что боится иллюзий. Может, и на всех троих.
   "Я собираюсь в свою комнату переодеться", - сказал он и ушел из кухни.
  
  ***
  
   Он обнаружил Лулу на площадке между этажами. Она смотрела в окно. Ветер ударял в стекло, напоминая Харви о первом визите Риктуса. Однако порывы ветра приносили не дождь, а снежную крупу.
   "Скоро Рождество", - сказала она.
   "Рождество?".
   "Будут подарки для всех. Всегда бывают. Тебе надо пожелать чего-нибудь".
   "Ты этим сейчас занимаешься?"
   Она покачала головой. "Нет, - сказала она. - Я здесь уже так долго, что у меня есть все, что я когда-либо желала. Хочешь поглядеть?"
   Харви сказал, что да, и она повела его наверх в свою замечательную комнату, заполненную сокровищами.
   Она явно обожала шкатулки, огромные резные шкатулки. Шкатулка для коллекции стеклянных шариков, шкатулка, играющая мелодию, вызваниваемую колокольчиками, шкатулка, куда входило полсотни других, меньших шкатулок.
   Еще у нее было несколько кукольных семей, которые с отсутствующими лицами рядами сидели вдоль стен. Но все же самоё большое впечатление производил дом, откуда куклы были изгнаны. Он стоял посередине комнаты, пять футов в высоту от ступеней до верхушки, безукоризненный в каждом кирпиче, подоконнике, черепице.
   "Тут я держу своих друзей", - сказала Лулу и открыла переднюю дверь.
   Две ярко-зеленые ящерки вышли поприветствовать ее и поспешно взобрались по рукам на плечи.
   "Остальные внутри, - сказала она. - Взгляни".
   Харви заглянул в окна и обнаружил, что каждая идеальная комнатка дома была занята. Ящерицы лежали на кроватях, ящерицы подремывали в ваннах, ящерицы раскачивались на люстрах. Он громко засмеялся,