ями и занимаемым положением. Перед немногими курящими
  стояли пепельницы, а перед каждым креслом на столе лежали блокнот и
  карандаши. Стюарды принесли на серебряных подносах несколько кофейников,
  сливки и сахар, затем неслышно исчезли. Чашки уже стояли на столе. Каждый
  адмирал налил себе кофе как непременную часть утреннего ритуала. Командующий
  Атлантическим флотом кивнул Тоуленду, чтобы он начинал.
   - Доброе утро, господа. Около месяца назад четыре полковника Советской
  Армии, командовавшие полками в механизированных дивизиях, предстали перед
  судом военного трибунала и были расстреляны по его приговору за
  фальсификацию данных о боевой готовности своих частей, - начал Тоуленд,
  объясняя значение происшедшего.
   - В начале этой недели "Красная звезда", ежедневная газета советских
  Вооруженных сил, опубликовала ряд статей о расстреле нескольких рядовых.
  Все, кроме двоих, уже завершали срок военной службы, им оставалось всего
  несколько месяцев до увольнения в запас. Всех обвинили в неповиновении
  приказам своих сержантов. Почему это представляется таким важным?
   Русская армия всегда славилась строгой дисциплиной, но, как это
  характерно и для других сторон жизни в Советском Союзе, на деле все обстоит
  не совсем так, как кажется. Сержант в Советской Армии не является
  профессиональным военнослужащим, как в большинстве западных армий. Как и все
  рядовые, он призывается на службу, и в начале ее будущих сержантов