к семьям этих невинных детей и к семьям трех
  преданных коммунистов, я обещаю, что наступит день расплаты. Я обещаю, что
  их гибель не будет напрасной. Я обещаю, что виновные в этом отвратительном
  преступлении будут наказаны...
   - Боже милостивый... - Тоуленд прекратил перевод и взглянул на начальника
  разведывательного управления.
   - Да, мне все ясно. Будет война. У нас группа лингвистов в здании
  напротив делает полный перевод. Боб. Пошли к боссу.
   - Вы уверены? - спросил командующий Атлантическим флотом.
   - Не исключено, что они согласятся на что-то меньшее, сэр, - ответил
  Тоуленд. - Впрочем, тут я сомневаюсь. Все указывает на то, что операция была
  проведена с целью пробудить у народа России такую ненависть, как никогда
  раньше.
   - Давайте будем называть вещи своими именами. Вы утверждаете, что русские
  убили этих детей, чтобы вызвать международный кризис. - Командующий
  посмотрел на поверхность своего стола. - В это трудно поверить, даже для
  русских.
   - Адмирал, мы должны или поверить этому, или сделать вывод, что
  правительство ФРГ решило начать войну против Советского Союза в условиях,
  крайне выгодных для русских. Во втором случае придется признать, что немцы
  поголовно посходили с ума, сэр, - выпалил Тоуленд, забыв, что разговаривать
  таким тоном могут только адмиралы.
   - Но почему?
   - Этого мы не знаем. В этом недостаток разведывательной службы, сэр.
  Гораздо легче сказать, что происходит, чем объяснить