ный прямоугольник.
   - Спасибо, доктор Мюллер. Вы согласитесь сделать официальное заявление по
  этому поводу?
   - Разумеется. Если хотите, я готов пройти в участок прямо сейчас.
   - Отлично, - кивнул лейтенант. Ему редко приходилось иметь дело со столь
  очевидным случаем.
   Водитель такси стоял в гуще собравшейся толпы. Он был опытным
  оперативником КГБ и не раз видел, как срывались операции, но это.., это
  казалось каким-то абсурдом. Случалось, что операция наталкивалась на что-то
  неожиданное, что ей мешало что-нибудь самое простое и самое глупое. Но этот
  гордый руководитель группы спецназа попал под колеса машины, за рулем
  которой сидела пожилая француженка! Почему он не посмотрел по сторонам,
  прежде чем кинуться в гущу транспортного потока? Мне нужно было послать
  кого-нибудь другого за этим проклятым конвертом и наплевать на их гребанные
  приказы. Безопасность прежде всего, выругался он про себя, скрывая ярость за
  маской равнодушия. Но.., ясный и недвусмысленный приказ из Москвы: минимум
  личных контактов. Он перешел обратно на другую сторону улицы и сел в свое
  такси, пытаясь придумать, как объяснить случившееся офицеру, руководившему
  операцией. Центр никогда не считал, что совершенные ошибки заслуживают
  оправдания.
   Тут же прибыла машины "скорой помощи". Полицейский достал из кармана брюк
  пострадавшего бумажник. Имя пострадавшего - Зигфрид Баум. Ну просто
  великолепно, мысленно простонал лейтенант - еврей из Гамбурга,