ны.
   - Наши союзники по социалистическому содружеству из Германской
  Демократической Республики сообщили, что рассматривают применение
  химического оружия на своей территории как исключительно недружелюбную
  акцию, - сухо произнес министр иностранных дел. - Более того, мы получили от
  них разведсведения, указывающие на то, что использование такого" оружия
  только укрепит решимость стран НАТО и проложит путь к применению другого
  оружия массового поражения.
   - Но химические отравляющие вещества являются частью нашей операции! -
  воскликнул маршал.
   - Товарищи, - возразил Сергетов. - Всем нам известно, что применение
  химического оружия будет иметь катастрофические последствия для гражданского
  населения - разве это не нанесет непоправимый вред нашему политическому
  прикрытию? Ведь мы утверждаем, что недовольны агрессивными действиями
  правительства ФРГ, правда? Как посмотрит на происходящее международная
  общественность, если в первый же день войны мы хладнокровно и намеренно
  умертвим десятки тысяч мирных жителей? - И сколько еще невинных жертв нам
  предстоит умертвить? - подумал он.
   - Кроме того, возникает и другой вопрос, - произнес Бромковский. Старый и
  слабый, он все еще помнил прошлую войну с немцами, и к его мнению по военным
  вопросам по-прежнему прислушивались. - Если мы применим эти виды оружия
  против всех армий НАТО - а можно ли сделать так, чтобы отравляющие газы
  действовали избирательно, только