. Штурман затянулся и закашлялся,
  из-за чего на лице старшины второй статьи промелькнула улыбка, а сам
  лейтенант уныло поморщился. Он посмотрел на капитана.
   - Сэр, здесь происходит что-то неладное, - негромко произнес офицер.
   - Неладным является лишь одно, - сказал капитан. - Почему он всплыл
  именно здесь?
   - Мостик, докладывает гидропост. - Макафферти снова подошел к телефону и
  поднял трубку. - Шкипер, русский ракетоносец продолжает продувать балластные
  цистерны, продувает их до конца, сэр.
   - Еще что-нибудь необычное?
   - Нет, сэр. Однако он использовал для этого массу сжатого воздуха, сэр.
   - Хорошо, чиф. Спасибо. - Макафферти положил трубку. Так что все это
  значит?
   - Сэр, вам приходилось быть свидетелем подобного? - спросил штурман.
   - Мне приходилось сидеть на хвосте у многих русских субмарин, но такого я
  никогда не слышал, - Ему все равно пришлось бы всплыть - тут вдоль Терского
  берега глубина всего шестьдесят футов. - Штурман провел пальцем по
  навигационной карте.
   - А нам придется повернуть назад, - согласился Макафферти. - Но до
  Терского берега еще сорок миль.
   - Да, - кивнул штурман. - Однако вот уже пять миль, как залив начинает
  сужаться подобно воронке, и для подводной лодки в погруженном состоянии он
  становится шириной всего в две мили, затем в одну - всего в одну милю, где
  подводная лодка может двигаться на перископной глубине, не рискуя напороться
  на мель. Ничего не понимаю.
   Макафферти прошел