толкновение с мелью означало просто разорванное днище. Но налета
  американских истребителей капитан боялся куда больше; он не сомневался, что
  эскадрилья истребителей с бомбами и ракетами на борту направлялась сейчас в
  сторону его корабля, чтобы отнять у него успех, к которому он стремился всю
  жизнь.
   - Прямо руля! - скомандовал он.
   - Руль прямо, - отрепетовал рулевой. Несколько минут назад капитану
  сообщили, что его старший помощник мертв - умер от ран, полученных во время
  первого налета.
   Его лучший рулевой с мучительными стонами погиб у него на глазах вместе с
  другими опытными членами команды. Остался всего один офицер, который мог
  взять пеленги на береговые объекты, чтобы определить местоположение корабля.
  Но Харин уже видел причал и решил положиться на собственный опыт и морской
  глазомер.
   - Средний ход, - приказал он. Рулевой тут же передал распоряжение
  капитана по машинному телеграфу.
   - Право на борт. - Харин следил за тем, как нос корабля начал медленно
  поворачиваться направо. Он стоял в центре рулевой рубки, направляя гюйс-шток
  на причал. В команде не осталось никого, кто мог бы закрепить швартовы. Вряд
  ли солдаты смогут справиться с этой задачей.
   Корабль коснулся дна залива. Харин упал на палубу и громко выругался от
  боли и ярости. Он допустил ошибку в расчетах. "Фучик" задрожал всем
  корпусом, скользя по скалистому дну. У капитана не было времени взглянуть на
  карту и проверить глубины. С началом отлива поток воды,